Нелли (ottikubo) wrote,
Нелли
ottikubo

Вова Миндин

Вова Миндин был нашим соседом. Он переехал в наш двор, когда я была в первом классе. Наши семьи крепко и навсегда подружились всеми поколениями. Вова был на 6 лет старше Миши, который плавно въезжал в подростковый возраст. Он был красивый, высокий ясноликий молодой человек, прекрасно образованный и воспитанный. И почему-то  принял на себя заботы о Мишином вкусе и эрудиции. Вовины родители были намного старше моих - скорее принадлежали к поколению наших бабушек. Отец его был замечательным зеркальщиком, и скоро наша квартира украсилась прекрасными  зеркалами с разнообразными затейливыми фацетами, подаренными соседями на дни рождения моих родителей. Это были царские подарки. Никогда позже я уже не видела таких зеркал в продаже, а только во дворцах и в фильмах о жизни аристократов. Вовина мама была всего лишь пожилой домохозяйкой и женой ремесленника, но вызывала некий трепет своей твердостью, сдержанной и уверенной манерой поведения и безупречной прической. Муж называл ее "мамочка". Она была настоящей дамой и звали ее соответствующе - Софьей Марковной. А Вовиного отца, удивительно для меня, звали Юдой. Они были весьма обеспеченными людьми и купили самую лучшую квартиру, оставшуюся в нашем дворе после смерти ее хозяина - дворянина и владельца всех остальных жилищ нашего двора. В одном из таких жилищ - трудно назвать его апартаментом - в подвальной комнате жили три сестры в возрасте между тридцатью и сорока годами. Одна из них, Ася, была медсестрой. И делала за деньги уколы всем соседям. А мелкие медицинские услуги, вроде перевязки пальца или измерения давления, оказывала бесплатно, по-соседски. Другая - огромная толстая Ира - была сестрой-хозяйкой в больнице и возвращалась с работы с тяжелыми сумками, полными продуктов. У нее все соседи покупали сливочное масло. Третья, Армуся, была проституткой. И днем, когда старшие были на работе, приводила клиентов домой, а вечером устраивалась как-то иначе. У нее единственной была дочь. Девочка Мишиного возраста. Умница и красавица. Она отлично училась в школе, носила длинные косы и приглянулась даже Вове, интеллектуалу и аристократу духа.
Когда девочка подросла мать резко сократила прием клиентов дома и старалась показывать дочери только наилучшие примеры поведения. Однако пожилая проститутка была нежеланной мехетунес* для Софьи Марковны. И хотя Вова только улыбчивым взглядом обозначал, что Тата ему симпатична, Софья Марковна не могла скрыть своего раздражения в адрес всех четырех соседок. Однажды ее недоброе слово вызвало резкий отпор, муж вышел во двор, услышав громкий разговор и тоже вступил в объяснения. Тогда из подвала выплыли остальные сестры, Армуся уперла руки в бока и показала высокий класс дворового скандала.
Нет слов, скандалы во дворе случались и раньше - из-за общих  подпорок для бельевых веревок, из-за очередности развешивания белья, и просто так - под плохое настроение участниц. И никто не стеснялся в выражениях. Поэтому с приближением громкого разговора между соседками, бабушка за руку забирала меня и Мишу со двора и запирала дверь. Но все предыдущие скандалы были детским лепетом в сравнении с той атакой, которую повели сестры на семейство богатых спесивых жидовских чистоплюев. После нескольких минут, в течение которых Армуся своим профессиональным языком объясняла старому еврею, кто он есть, Юда Абрамович положил руку на грудь, опустился на дворовый асфальт и умер.
Так Вова стал главой семьи и защитником матери, котороую он не только горячо любил, но и искренне почитал.
Через насколько месяцев после похорон, немного придя в себя и утратив на время свою суховатую сдержанность, Софья Марковна рассказала маме историю своей жизни. Она вышла замуж до революции и в девятнадцатом году родила старшего сына Яшу, а в двадцать первом Фиму.
Оба мальчика, а особенно старший, были необыкновенно талантливы. Они уехали учиться в Москву.  А с Софьей Марковной случился ужасный конфуз. Она забеременела, когда сыновьям было уже за двадцать. Сама мысль, дать понять кому-нибудь, что такая почтенная дама в возрасте около сорока лет занимается с мужем постыдными делами от которых могут родиться дети - была невыносима. Она подумывала сделать подпольный аборт. Но прежде, все же, собралась с духом и написала сыновьям письмо в Москву. Оба были в восторге, поздравляли родителей и благословляли еще нерожденного брата или сестру со всей пылкостью, на какую были способны. И Софья Марковна родила Вову в сороковом году. А старшие ее сыновья уже в студенчестве проявили себя, как выдающиеся филологи.  Введение к академическому изданию Цветов Зла Бодлера написано Яшей, который к этому времени едва успел закончить институт. Кстати, в  этой же книге опубликована статья в память не расцветшего до конца молодого филолога, лучшего в Советском Союзе знатока Бодлера, Якова Миндина, погибшего смертью храбрых, в боях с немецко-фашисткими захватчиками в 1942 году в возрасте 23 лет. Его брат Фима погиб еще раньше. Так судьба распорядилась жизнью всех членов этого семейства. А заодно и нашей с Мишей жизнью, послав в самом ее начале бескорыстного и строгого наставника и учителя наших душ.

*мехетунес - сватья (идиш)
Tags: Дружба, Прошлое и будущее
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 56 comments