Нелли (ottikubo) wrote,
Нелли
ottikubo

О пустяках

Я пишу только о пустяках. Могла бы о смысле жизни, о любви, о происхождении вселенной, об экзистенции, о добре, о природе и о Будде-Маттрейя. Но нет! Мне это заказано. Не умею я про это и даже не хочется. Недавно случайно познакомилась с писателем. Он как раз обо всем этом и пишет. Написал множество скучнейших романов. Я с ним каждый день разговариваю - ну неловко же! Стала читать самый длинный и самый скучный. Мучилась-мучилась. Обгрызла толстую твердую горькую скорлупу и обнаружила, что там внутри что-то трепещет и вскрикивает. Живое и сильное - вроде птеродактиля. Довольно страшное, неуправляемое и непредсказуемое. Так вот, что оно такое - писательство!
И опротивели мне мои тряпичные поделки. Мягкие и пушистые. Милые и занимательные. Всем нравятся и никому на фиг не нужны.
Думаете, я хотела бы писать, как этот писатель?  Боже упаси! Не только, что таланта нет - напиши я таких три страницы, меня бы никакая скорая помощь не откачала! Не та фактура души! И я стала молчать.
Молчу-молчу - никто не волнуется. Никто не спрашивает, отчего ты, Нелличка, не радуешь нас новыми рассказами? Или, по крайней мере, сказками? Мне же обидно! Одно дело - я сама своих трудов в грош не ставлю. А другое - любимые друзья, уловленные на мои истории в море ЖЖ. Эдак, пожалуй, всех растеряешь! Были случаи...
Раз так, выходит, моя судьба писать пустяки. Тогда о моем любимом пустяке - о серьгах!
В одной из самых первых, и
непонятно почему, самых любимых моих книжек - в Хижине дяди Тома - присутствовала молоденькая негритянка-рабыня. У нее были сережки, и она часто встряхивала хорошенькой головкой, чтобы услышать, как они позванивают. И от этого в мою семилетнюю душу закрались подозрения: может не так уж страшна была жизнь рабов, если у нее даже были сережки. А у меня, свободной советской школьницы их нет и не предвидится. Первый еще не осмысленный скепсис - первая попытка сопоставлять факты. Неудачный, но необходимый опыт анализа текста. Я бы не задумалась и не усомнилась в правдивости автора, если бы дело не коснулось любимого предмета.
Или, скажем, герцог Анри Анжуйский. Он был щеголь и вертопрах. Не очень-то заглядывал в свое Анже.
Разве что по дороге из Варшавы в Париж. Как все помнят, он был королем Польским и наследным принцем Французским. Анжуйцы его и в лицо-то не знали. Только и узнавали по знаменитой на весь свет жемчужной серьге. Грушевидная такая жемчужина невиданного размера. Как появится кавалькада человек из двухсот, а во главе мужчина с блудливыми глазами и известной серьгой, так и знают, их герцог прибыл. Лови момент - проси суда или помилования. Смотря кому чего надо.
И мои серьги служат мне верой и правдой. Вот, например, недавно в Сеуле - в гостинице, в роскошной душевой кабинке, бутылочка с шампунем израильского производства оказалось запечатана толстенной фольгой, так что ни ногтями, ни зубами не открыть. А серьга проткнула ее играючи. Или еще более животрепещущий пример. Ехала я в Тель-Авив на концерт Гребенщикова. Естественно, при мне маленькая театральная сумочка. И вдруг навигатор забарахлил - чтобы перезагрузить нужно что-нибудь тоненькое. А в театральной сумке шила не предусмотрено. И даже ручки нет. И узенького стилета за корсажем не ношу. Не в моем обыкновении. Тут снимается серьга и ее ушко преотлично перезагружает систему. Так что я и концертный зал нашла, и даже не слишком опоздала.
Любите серьги - от них не только удовольствие, но и польза!
Tags: Эссе
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 84 comments