Нелли (ottikubo) wrote,
Нелли
ottikubo

Кашер ле песах

Эта история произошла двадцать пять лет назад. Она и забавна, и трогательна. И есть в ней что-то ещё, что и сегодня тоненьким коготком царапает сердце, когда я вспоминаю детали.

Мы приехали в Страну первого октября. Кое-как устроились в Натании и, как только смогли, поехали в Иерусалим. Во-первых, само имя волновало нас с Лёвой до безумия. Сама возможность быть там не в легендарном "следующем году", а прямо сегодня. Через полтора часа после отправления автобуса. Надо сказать, что Великий Город не обманул ни на грош, хоть мы оба опасались подвоха.

Уже на въезде холмы Рамот, плотно и красиво застроенные домами, которые издалека можно было принять и за древние, и за средневековые, вызвали у меня дрожь в пальцах. Что поделаешь - я впечатлительна. Но и Лёва был взволнован и расчувствовался. Город был не богатый, не роскошный, мы не видели никаких древностей, но что-то в нем было особенное.
Ну, ладно! Согласна с грубыми материалистами - допустим, только имя. И воздух!

Вообще-то мы приехали по делу. В Иерусалиме жил полумифический брат моей бабки. Бабушка погибла в катастрофе, а он уехал в Канаду еще в гражданскую войну, там устроился, даже разбогател и стал миллионером; вырастил четверых детей и на склоне лет перебрался в Иерусалим, куда всю жизнь рвалась его еврейская душа. Мы приехали познакомиться с родней. Дядя Нюся оказался очаровательным человеком. Он был  благочестив, умен, остроумен и добр. Мы и даже наши дети в две минуты почувствовали себя свободно и раскованно. К нему пришли и его дети - мои двоюродные дядья, и их дети - короче, нас оприходовали, как членов семьи.

Они очень нам помогли. Разумеется, главные их усилия были направлены на то, чтобы помочь нам узнать Бога. В рамках этой кампании, старший сын Дяди Нюси, Элимелех, в ешиве, где учились и его сыновья, оплатил для двух десятков мальчиков, приехавших из России (и для нашего сына тоже), обучение физике и математике по самой расширенной программе министерства образования. Наш мальчик три года проучился в этой ешиве. Получил приличное еврейское образование и аттестат зрелости с высокими баллами.

Малышку тоже пристроили в отличную начальную религиозную школу для девочек. Все учительницы были вечно беременны, но предметам своим учили на совесть. А кроме того мимолетно объясняли всякие житейские мелочи. Вроде того, что суп следует варить из овощей, а не из пакетиков с химикалиями.

Определив детей в религиозные школы, мы поняли, что должны обеспечить им кашрут, чтобы не плодить детского двуличия и лицемерия. Что и было сделано. Элимелех лично, засучив рукава, кашировал нам плиту и холодильник, его жена Ханна работала на нашей кухне, как Вощев на рытье котлована, и к вечеру мы сделали  дом пригодным для того, чтобы всем вместе пообедать, разделяя, как положено, молочную и мясную посуду. С тех пор я аккуратно соблюдала правила кашрута и дети в школе могли правдиво отвечать на скользкие вопросы.

Но денег у нас было очень мало и посуда - самая жалкая. Дешевая и сборная.

Однажды мерседес Элимелеха остановился возле нашего подъезда в Натании. Он кликнул Леву и Диму, и они все вместе принялись таскать запечатанные картонные коробки. Внутри оказался огромный и красивый сервиз:
большие и маленькие тарелки и тарелочки, миски для супа и мисочки для десерта, чашки и блюдца - все кремовое с нежными прелестными цветочками. Я была в совершенном восторге. Хотя и ужаснулась цене подарка. Но богатые родственники сказали, что рады купить нам красивую и нужную вещь.
Дело было в начале апреля и я отчасти искренно, отчасти стараясь угодить, сказала, что использую сервиз, как пасхальный, пока он новый, а по истечении праздника, на каждый день для мясных блюд.
 Элимелех переглянулся с женой. Оба покраснели. Секунду они молчали - потом Ханна решительно сказала: "Нет, его нельзя использовать, как пасхальный. Мы ели из него несколько раз. Теперь у нас другой, а этот мы решили подарить вам."

Прекрасные, щедрые, честные и искренние люди один раз в жизни чуть-чуть приврали. И тут же вынуждены были признаться, потому что ввести нас в ужасный грех употребления на пасху повседневной посуды, конечно не могли. Они уехали сконфуженные. Прошло двадцать пять лет. Мы все еще едим мясное из этих тарелок. На плоских - цветочки уже совершенно выцвели, но на мисочках и чашках еще цветут.
Tags: Иерусалим, Праздники, Разочарования
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 36 comments