Нелли (ottikubo) wrote,
Нелли
ottikubo

Category:

RIP

Павлик открыл дверь. Она противно заскрипела. Вообще-то тяжелая дверь была подвешена на надежных петлях, сделанных из отличной стали и добровольно скрипеть не стала бы. Но Павлик был перфекционист. Когда он строил склеп, то материалы выбирал наилучшие, не смущаясь затратами. А когда стал привидением, то предпочел затхлое подземелье, развевающиеся белые гробовые пелены и скрипучие двери. Хотя, разумеется, в склепе был свежий воздух и похоронили Павлика  отнюдь не в саване, а в костюме от Армани, накрахмаленной сорочке и при дорогом шелковом галстуке.
Свою смерть Павлик помнил неотчетливо. Кажется, какая-то авария. Да это было и не интересно. После смерти он сильно изменился. То, что раньше казалось важным, выцвело и почти потеряло значение. Зато некоторые  события, о которых он не вспоминал многие годы, стали яркими и и заняли все его мысли. Он неясно видел людей, они казались нечеткими в очертаниях и похожими друг на друга. Однако, кое-какие интересы, связанные с материальным миром, у него еще сохранились.
     Павлик сосредоточился и  появился в своем  кабинете на верхнем этаже медицинского центра, которым он владел и управлял уже много лет. За его столом сидел младший компаньон Платоша Сидоров и  что-то писал, порхая всеми десятью пальцами над клавиатурой. Павлик не разглядел выражения его лица - при жизни так выглядели предметы, если бы на них посмотреть без очков. Зато рядом с Платошей, прямо на столе сидел небольшой задорный чертик, который Павлику явно обрадовался.
     - Что, - спросил Павлик, - мухлюет?
     - А то! - весело ответил черт. Он и раньше был не промах. А теперь еще и лекарства покупает подешевле. Какие-то сомнительные... А уж с налогами что творит!
     - Ну и черт с ним! - равнодушно сказал Павлик и двинулся в операционную. Оперировал Олег, любимый ученик. Вокруг стола работали еще несколько человек. Павлик только догадывался, что это ассистенты, медсестры, стажеры и анестезиолог. Они были совсем призрачными. За плечом Олега стоял полноценный и могучий на вид ангел-хранитель. Он с удовольствием пожал руку Павлика и даже похлопал его по плечу.
     - Теперь я при нем, - сказал Хранитель. - Хороший парень! Через несколько лет будет не хуже тебя.
     - Ты не отвлекайся! - строго ответил Павлик. Помню я, как ты один раз отвлекся. До сих пор мороз по коже... Но вообще я рад, что при нем именно ты. Ну, прощай! Больше не увидимся. Они обнялись, и Павлик удалился из больницы.
     Он немного полетал над городом, размышляя, не вернуться ли в склеп. Куст сирени привлек его внимание.  Павлик забрался в самый аромат. Он не слышал ни детского крика, ни шума машин за оградой парка,  легкая усталость и блаженный покой овевали его, как ветерок
. Дух продремал так пока не почувствовал себя свежим и деятельным.

     Через мгновение Павлик оказался у письменного стола за которым сидел его сын Митя. Они были близки при жизни Павла, и он стал видимым на секунду, причем одет был в майку, домашние штаны и шлепанцы. Митя заплакал.
    - Папа, - сказал он, - я так скучаю по тебе. Мне уже сорок, у меня и жена, и любовница, а ближе тебя никого. И писать не могу. С тех пор, как ты умер - ни одного слова из себя не выдавил. Это так мучительно... что ни напишу - как будто чужие строчки. Это не стихи, а мерзость. Папа, помоги мне...
     Павлик оглянулся - под потолком летала  тетка с невероятной грудью, видной даже со спины, тяжеленными складками жира на животе и тощей задницей. Пронзительные светло-голубые глаза и кривые желтые зубы дополняли образ музы.
     - Ты как сюда попала? - с любопытством спросил Павлик.
     -  Да я не знаю... - заныла тетка. Я жила при одном мужике - он патриотическую прозу писал. Все было отлично. А как ты помер, в эфире задули ветры, ураганы и смерчи. Меня в такой затянуло и я оказалась тут. А тутошняя девица, увидев меня, ахнула и исчезла. Я хочу домой, к своему майору. Небось он без меня скучает. У него план горит. Издатель, поди, звонит через день. А он без меня, как без рук. Ни героя прорисовать, ни сюжетный ход выдумать. Ну сделай что-нибудь, профессор! Ты же умный!
Павлик еще раз взглянул на нее.
     - Понял, понял, кто твой подопечный, - сказал он. - Держись за меня. Сейчас вернешься к своему Захару. Тот без тебя вообще писать перестал. Свихнулся с тоски. Под пули полез...
      Он перекинул тетку к ее писателю и она в восторге наградила его жарким поцелуем. Оттираясь, Павлик вернулся к сыну. Митя спал, положив голову на руки, а руки на  стол. Лицо его еще было в слезах. Отец поцеловал лысеющую макушку, погладил по голове худосочную девицу с испуганным лицом, робко зависшую над Митей, хотел дать ей наставления, но вспомнил, что не смыслит в этом деле ни бельмеса. Все же он был умным человеком.
    Больше ничего интересного Павлик придумать не мог. Вечность не казалась ему слишком долгой. Он вернулся в склеп. С месяц потусовался на кладбище среди других привидений. А потом переместился в лондонскую редакцию журнала "Ланцет" и стал исполняющим обязанности музы над правым плечом главного редактора журнала Ричарда Хортона

Tags: Выдуманные истории
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 33 comments