December 24th, 2018

О патриотизме

Два чувства дивно близки нам —
В них обретает сердце пищу —
Любовь к родному пепелищу,
Любовь к отеческим гробам.

Слово "патриотизм", захватанное самой бесстыдной риторикой, обесчещенное охотным употреблением неприемлемыми людьми в невыносимых текстах, нуждается, по моему мнению, в частичной реабилитации. Если вознести его к латинскому pater - отец, это как раз и будет то, о чем писал Пушкин. Любовь к отеческим гробам.

Одна моя  бабка похоронена в Тбилиси. Другая - в общей могиле в Каменец Подольском. У первой отец лежит на кладбище в Чикаго. У второй - где-то в Канаде. Прапрадеды упокоились в Украине и Литве. Дальше история рода неразличима и сливается с историей народа. Вероятно, некоторые мои предки вообще не были похоронены - просто сброшены в реку пинком ноги чубатых молодцов Хмельницкого - тогда погибло около половины всех евреев Украины. Среди них, конечно, и мои. Предки предыдущих поколений  остались в землях Германии и на всей территории распавшейся Римской империи. Кто-то, вероятно, в самом Риме. Может быть и в Александрии. А их предки лежат в земле Израиля.

И мне самой не чужда глуповатая гордость за наши стартапы, помидорчики шерри и хитроумные подвиги агентов Мосада. Я борюсь с ней. Стараюсь не умиляться, глядя на ловко маневрирующие  истребители в День Независимости и пересказывая иностранцам, какие усилия прикладывает моя страна, чтобы превратить психически неполноценных детей в заурядных, только чуть-чуть странноватых взрослых.


Все это приятно возбуждает. Однако я старюсь не участвовать в беседах о том, что Кинерет самое большое  озеро в мире, а наша еврейская мораль - самая моральная на свете.  Не здесь лежит главная составляющая моего чувства к Израилю.

К моему счастью, меня трудно отнести к людям трезвомыслящим. Поэтому я позволяю себе думать, что добралась - лично я! - добралась в землю, где будут похоронены мои родители, мы с братом, наши дети, внуки и праправнуки. Они смогут, если захотят, ездить по всему миру за приключениями и впечатлениями, чтобы учиться и работать, в погоне за искусством и деньгами, в интересах бизнеса и политики. А состарившись, смогут вернуться домой. Кажется, наше изгнание закончилось.

В этом смысл моего патриотизма.