Лишние вопросы
Дорогой мой Сереженька! Прости пожалуйста, что я опять рассердила тебя. Ты не любишь моих вопросов и пеняешь за то, что я уже спрашивала, но не запомнила ответ. Ну, может быть, конечно. Хотя мне кажется, что на вопрос "Какого цвета твоя новая куртка", ты так и не ответил. Впрочем, если подумать, зачем мне знать, синяя она или зеленая. На самом деле мне хотелось спросить, почему ты не носишь старую. Наверное, ты поправился, и она стала тесна? Или, например, порвалась. Вообще-то она очень прочная, порвать ее непросто. Но, может, ты был на пикнике - в лесу. И зацепился за ветку... Или тебе просто хочется выглядеть по-другому, надоели привычные вещи. Может, у тебя новый круг знакомых, в котором одеваются более элегантно...
Мне бы хотелось спросить, какого числа ты идешь к стоматологу. Но, возможно ты говорил в прошлом месяце, когда заказывал очередь, а я не запомнила, и ты опять рассердишься. Ведь, если подумать, какое может иметь значение, поставят тебе пломбу во вторник или в среду. Тем более, что встретимся мы с тобой не раньше июля. Или ты вернешься домой на пасхальные каникулы? Нет-нет, это я просто так. Это не вопрос.
Хочется спрашивать разные глупости - понравилась ли твоя последняя презентация, и что сказал Эдвард о разбросе результатов. Хотя, я знаю, он говорит под влиянием настроения, и никакого значения его реплика не имеет. И вообще, настоящее так стремительно становится прошлым, что вопрос о том, болит ли у тебя голова сегодня, несмотря на молниеносную скорость с которой работает электронная почта, уже запоздал или станет скучным и лишним через несколько часов, когда я проснусь и прочту твой ответ.
Я постоянно думаю о том, как зыбко и нереально настоящее.
Вот, представь себе. Преступника приговорили к смерти, и начальник тюрьмы спрашивает о его последнем желании. Приговоренный хочет выкурить настоящую кубинскую сигару. Команданте дает капралу шестьдесят песо и велит бежать на пласа Сотомайор в табачную лавку. Прокурор, священник, палач и осужденный ждут. Через полчаса капрал возвращается. Команданте сам отрезает кончик сигары и зажигает спичку. Бандит затягивается. Еще полчаса он курит, потом его вешают.
И теперь... какое значение имела та сигара? Покойнику уже безразлично. Палач опоздал к обеду - жена будет злиться. Священник терпеливо ждал, но все уже закончено, и он, прихрамывая, идет домой. Команданте остается на службе. Деньги, разумеется, были не его, а из специального фонда. Начальник тюрьмы заглядывает к интенданту оформить документы должным образом.
Понравилась ли сигара, или курильщик был разочарован? Следовало ли спросить его об этом? И что делать с ответом...
Может быть ты не видишь связи между моей историей и нашей перепиской. Действительно, связь туманная. Но если бы разбойника кто-то любил, для него единственного в этом мире было бы важно, что последние полчаса усопший провел с удовольствием. А так, конечно, большинство вопросов, которые задают близкие - просто проба ниточки, которая их связывает.
Когда Лилечка была совсем маленькая - годика полтора - она подходила ко мне, поднимала голову, всматриваясь в мое лицо, и спрашивала серьезно: "Который час?" Я каждый раз заново попадалась на удочку, смотрела на часы и отвечала.
Какое дело маленькому ребенку до времени? Она и цифр-то еще не знала. Но уже догадалась, что этим вопросом может заставить меня оторваться от моих неотложных дел и ответить ей, как равный равному.
Будь здоров, мой дорогой! Я больше ни о чем не буду тебя спрашивать. Если ниточка есть, то за нее незачем дергать. А если уже нет, то... тем более.
Мне бы хотелось спросить, какого числа ты идешь к стоматологу. Но, возможно ты говорил в прошлом месяце, когда заказывал очередь, а я не запомнила, и ты опять рассердишься. Ведь, если подумать, какое может иметь значение, поставят тебе пломбу во вторник или в среду. Тем более, что встретимся мы с тобой не раньше июля. Или ты вернешься домой на пасхальные каникулы? Нет-нет, это я просто так. Это не вопрос.
Хочется спрашивать разные глупости - понравилась ли твоя последняя презентация, и что сказал Эдвард о разбросе результатов. Хотя, я знаю, он говорит под влиянием настроения, и никакого значения его реплика не имеет. И вообще, настоящее так стремительно становится прошлым, что вопрос о том, болит ли у тебя голова сегодня, несмотря на молниеносную скорость с которой работает электронная почта, уже запоздал или станет скучным и лишним через несколько часов, когда я проснусь и прочту твой ответ.
Я постоянно думаю о том, как зыбко и нереально настоящее.
Вот, представь себе. Преступника приговорили к смерти, и начальник тюрьмы спрашивает о его последнем желании. Приговоренный хочет выкурить настоящую кубинскую сигару. Команданте дает капралу шестьдесят песо и велит бежать на пласа Сотомайор в табачную лавку. Прокурор, священник, палач и осужденный ждут. Через полчаса капрал возвращается. Команданте сам отрезает кончик сигары и зажигает спичку. Бандит затягивается. Еще полчаса он курит, потом его вешают.
И теперь... какое значение имела та сигара? Покойнику уже безразлично. Палач опоздал к обеду - жена будет злиться. Священник терпеливо ждал, но все уже закончено, и он, прихрамывая, идет домой. Команданте остается на службе. Деньги, разумеется, были не его, а из специального фонда. Начальник тюрьмы заглядывает к интенданту оформить документы должным образом.
Понравилась ли сигара, или курильщик был разочарован? Следовало ли спросить его об этом? И что делать с ответом...
Может быть ты не видишь связи между моей историей и нашей перепиской. Действительно, связь туманная. Но если бы разбойника кто-то любил, для него единственного в этом мире было бы важно, что последние полчаса усопший провел с удовольствием. А так, конечно, большинство вопросов, которые задают близкие - просто проба ниточки, которая их связывает.
Когда Лилечка была совсем маленькая - годика полтора - она подходила ко мне, поднимала голову, всматриваясь в мое лицо, и спрашивала серьезно: "Который час?" Я каждый раз заново попадалась на удочку, смотрела на часы и отвечала.
Какое дело маленькому ребенку до времени? Она и цифр-то еще не знала. Но уже догадалась, что этим вопросом может заставить меня оторваться от моих неотложных дел и ответить ей, как равный равному.
Будь здоров, мой дорогой! Я больше ни о чем не буду тебя спрашивать. Если ниточка есть, то за нее незачем дергать. А если уже нет, то... тем более.