Нелли (ottikubo) wrote,
Нелли
ottikubo

Из семейного альбома

Прошлым летом я была в Тбилиси и зашла на наше старое еврейское кладбище.  Не только погрустить, но и оплатить уход за могилами родных. Кладбище удивило меня чистотой и порядком. Нигде ни бумажки. Дорожки вымощены или прополоты. Тишина и печаль. Хозяйка Ламара прекрасно знала, кто где похоронен и мы составили список починок, которые она сделает в ближайшие недели - деду и бабушке - новую дверцу с замочком. Другому деду - починить расколовшуюся плиту. Иде Абрамовне покрасить решетку. Ее брату Бергу - позолотить буквы, которые так стерлись, что трудно стало  прочитать. У свекра и свекрови соседская сирень совсем заполонила могилу, так, что надо было вырубить несколько стволов, но сохранить самое присутствие сирени. Все это стоило очень недорого. 50 долларов в год за могилу, и опытная директриса сама будет делать необходимые мелкие работы. Когда мы все обговорили, и я расплатилась на год вперед, Ламара немного помявшись, сказала: "Есть еще одна могила - туда никто не приходит. Мне кажется, что она тоже принадлежит вашей семье". И мы пошли посмотреть.
С первого взгляда было ясно, что к этому надгробью никто не подходил лет тридцать. Буквы я не разобрала, но протерев фотографию, узнала благородную внешность, а потом прочла и надпись: Яков Иосифович Лохвицкий. Конечно, я его отлично знала. Безусловно, он принадлежал нашей семье. Мой дядя влюбился в его шестнадцатилетнюю дочь, и она сбежала с ним от родителей в дом к моему деду и бабке. Девочка была чудо как хороша. Высокий лоб, безупречный овал лица, невинные карие глаза, тугие черные косы. Отличница, конечно. Еще бы! Отец драл ее ремнем за каждую четверку. А уж за соблазнение единственной и, как ни крути, горячо любимой дочери, мог и убить. Он ворвался тогда в дом, где жили бабушка с дедом, мои родители и дядя с невестой-десятиклассницей и чуть угомонившись после жуткого скандала, согласился выдать ее замуж. Семья у нас была вполне приличная. Дядя был красавцем-офицером, только вернувшимся с войны с руками-ногами и орденом. В планах у него, как и у его невесты, был медицинский институт. Свадьба сладилась и Лохвицкие стали нашей семьей. Это была красивая пара. Он - вальяжный, большой и грузноватый, с породистым лицом в отглаженном чесучовом костюме. Она - ухоженная, прекрасно одетая, в мехах, с безупречной прической и  алой помадой, по моде того времени. От нее пахло немыслимыми духами. Достаток их превосходил во много раз то, что мы только могли себе вообразить. Старый Лохвицкий был подпольным миллионером.
Он числился бухгалтером в цеху, которым фактически владел и в котором наладил технологию выпуска каких-то механических приборов - может быть вентиляторов. Руки у него были золотые. Станки он достал и оплатил сам. По характеру это был Аль Капоне. Когда ему не удалось полностью откупиться от ОБХСС, он подставил свою родную сестру, которая работала в его цеху, и она вместо него отсидела в тюрьме полный срок. Он и физически был бесстрашен и удачлив. Рассказывали, что во время войны он доставил на закрытой тележке в свой двор живого кабанчика и заколол его одним ударом, так что тот не успел и хрюкнуть. Дело это было тогда совершенно незаконным и по доносу соседей ему бы за такое не сносить головы. Зато его еврейская семья была снабжена полноценным питанием на несколько недель. Старея он становился все жаднее, скупее и несноснее. Иногда дарил дочери бриллиантовые серьги, а иногда заводил отдельную сахарницу и никому не позволял взять из нее кусочек рафинаду. Жутким характером и бесконечными попреками он довел свою жену до приступа реактивного психоза, и моя бабушка, гостившая тогда у младшего сына, видела, как старый Яков выбежал из дома в одних кальсонах, а за ним по двору гналась с топором полураздетая  шестидесятилетняя Мария Самсоновна. Несмотря на отдельные неудачи, он был гением манипуляций. Однажды я пришла к ним навестить Марию Самсоновну, умиравшую от рака желудка. Она не ела уже несколько недель и была очень слаба. Однако я не нашла ее в спальне. Старушка была на кухне - жарила мужу свежую печенку. Мне объяснила, что выполняет его последнюю просьбу, так как вряд ли он успеет попросить ее  о чем-нибудь еще.
Я стояла у могилы, смотрела на забытую фотографию. Вспоминала сверкание бриллиантов, шелковистость мехов и алую помаду, сверлильные станки и голубую "Волгу", подаренную им моему дяде в добрую минуту. Трехэтажную дачу, построенную им для семьи дочери, где я несколько раз проводила летние каникулы со своими двоюродными братьями и его мерзкие руки, которыми он залез мне, восьмилетней, под ночную рубашку.
Ламара спросила нерешительно:
- Может я ошиблась? Перепутала? Он не ваш родственник?
- Наш! - ответила я. Отдала ей еще одну пятидесятидолларовую бумажку и пошла прочь мимо знакомых могил к кованным чугунным воротам кладбища.
Tags: Прошлое и будущее
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 72 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →